16. Man That You Fear
The ants are in the sugar
Muscles atrophied
We’re on the other side
The screen is us and we’re T.V.
Spread me open, sticking to my pointy ribs
Are all your infants in abortion cribs?
I was born into this
Everything turns to shit
The boy that you loved is the
Man that you fear
Pray until you’re number
Asleep from all your pain
Your apple has been rotting
Tomorrow’s turned up dead
I have it all and
I have no choice but to
I’ll make everyone pay and you will see
You can kill yourself now
Because you’re dead in my mind
The boy that you loved is the
Monster you fear
Peel off all those eyes
Crawl into the dark
You’ve poisoned all your children
To camouflage your scars
Pray unto the splinters
[Pray now baby]
Pray unto your fear
[Pray your life was just a dream]
Pray your life was just a dream
The cut that never heals
Pray now baby
Pray your life was just a dream
Just a dream
(I am so tangled in my sins that I cannot escape) × 2
Pinch the head off, collapse me like a weed
Someone had to go this far
I was born into this
Everything turns to shit
The boy that you loved is the
Man that you fear
Peel off all those eyes
Crawl into the dark
You’ve poisoned all your children
To camouflage your scars
Pray unto the splinters
[Pray now baby]
Pray unto your fear
[Pray your life was just a dream]
Pray your life was just a dream
The cut that never heals
Pray now baby
Pray your life was just a dream
Just a dream
The world in my hands
There’s no one left to hear your scream
There’s no one left for you
(When all of your wishes are granted
Many of your dreams will be destroyed) × n |
|
16. Человек, которого вы боитесь
Муравьи в сахаре
Мышцы атрофированы
Мы по ту сторону
Экран — это мы, и мы ТВ
Раскройте меня, прильнув к моим острым ребрам
Все ли ваши малыши в кроватках для выкидышей?
Меня родили в это
Все становится дерьмом
Мальчик, которого вы любили, — это
Человек, которого вы боитесь
Молитесь, пока не стали номером
Отупев от всей своей боли
Ваше яблоко долго гнило
Завтра оказалось мертвым
Все это у меня есть и
Нет другого выбора, кроме как
Я заставлю всех заплатить, вот увидите
Вы можете покончить с собой сейчас
Так как мертвы в моих мыслях
Мальчик, которого вы любили, — это
Чудовище, которого вы боитесь
Снимите пелену со всех этих глаз
Уползите во тьму
Вы отравили всех своих детей
Чтобы замаскировать свои шрамы
Молитесь щепкам
[Теперь молись, детка]
Молитесь своему страху
[Молись, чтобы твоя жизнь была только сном]
Молитесь, чтобы ваша жизнь была только сном
Никогда не заживающей раной
Теперь молись, детка
Молись, чтобы твоя жизнь была только сном
Только сном
(Я так запутался в своих грехах, что уже не могу высвободиться) × 2
Отщипните головку, уничтожьте меня, как сорняк
Кто-то должен был зайти так далеко
Меня родили в это
Все становится дерьмом
Мальчик, которого вы любили, — это
Человек, которого вы боитесь
Снимите пелену со всех этих глаз
Уползите во тьму
Вы отравили всех своих детей
Чтобы замаскировать свои шрамы
Молитесь щепкам
[Теперь молись, детка]
Молитесь своему страху
[Молись, чтобы твоя жизнь была только сном]
Молитесь, чтобы ваша жизнь была только сном
Никогда не заживающей раной
Теперь молись, детка
Молись, чтобы твоя жизнь была только сном
Только сном
Мир в моих руках
Не осталось никого, кто услышал бы ваш крик
Никого не осталось для вас
(Когда все твои желания исполнятся
Придет конец многим твоим мечтам) × n |
Примечания
Текст: Мэрилин Мэнсон.
Музыка: Твигги Рамирез, М. Мэнсон, М. У. Гейси, Дейзи Берковиц.
Пианино Родса: Трент Резнор.
«На свадьбе [своего двоюродного брата Чэда — М. М.] я впервые оказался в церкви со времен детства, и я чувствовал себя неуютно на протяжении всей службы. На мне был черный костюм с красной рубашкой, черный галстук и солнечные очки. Казалось, что все неодобрительно пялятся на меня. Не только священник бросал на меня грязные взгляды, но и все члены моей семьи. В то время как они набожно читали свои молитвы и пели гимн за гимном, я холодно изучал их одного за другим. Я представил себе, как иду к алтарю вместо Чэда, но веду черную женщину или гея, наблюдая за возникшим замешательством и гневом. Представил, как в ответ на вопрос священника „Берешь ли ты эту женщину в свои законные жены, пока смерть не разлучит вас?” я обливаю себя бензином и поджигаю его. Я не мог понять, почему я вырос другим, чем все остальные. У меня было то же образование, те же достоинства и недостатки. Именно тогда мне пришла в голову строка, которая завершит альбом: „Мальчик, которого вы любили, — это человек, которого вы боитесь“» (The Long Hard Road Out of Hell. P. 233).
Раскройте меня, прильнув к моим острым ребрам — Ранее эти слова использовались в песне Luci in the Sky with Demons: «Я раскрою себя, прильну к своим ребрам».
Все ли ваши малыши в кроватках для выкидышей? — Ср.: «Однажды я нашел металлическую банку из-под кофе „Фолджерс“ с прогнившим, трухлявым содержимым красно-коричневого цвета внутри. Я показал ее матери, и она нехотя сказала, что это выброшенный кусок мяса. Только недавно она призналась мне, что на самом деле это были останки выкидыша» (Ibid. P. 240).
Ваше яблоко долго гнило — Речь идет о яблоке с библейского дерева познания добра и зла.
Молитесь щепкам — Возможно, имеются в виду щепки от креста, на котором был распят Христос.
Отщипните головку, уничтожьте меня, как сорняк — Ср.: «Так как вы поливали меня своей ложью / Я стал самым стойким сорняком» (Kinderfeld).
Концертное исполнение Man That You Fear Мир в моих руках / Не осталось никого, кто услышал бы ваш крик / Никого не осталось для вас — Ср. со сном, который Мэнсон видел непосредственно перед тем, как Чэд позвонил ему, чтобы пригласить на свою свадьбу: «Я закрыл глаза и сосредоточился на сердце, лихорадочно бьющемся у меня в груди. Я дал пульсу, ритму, теплу охватить меня целиком, а затем сконцентрировался на том, чтобы вызволить эту обволакивающую, согревающую сущность из своего истерзанного, замученного тела, поднимая ее ввысь, как я читал в таком множестве книг об астральной проекции [способности покидать физическое тело — М. М.]. Я позволил себе возноситься вверх, все выше и выше в черноту ночи, пока не потонул в ослепительном, всепоглощающем белом. Я чувствовал, что расту, тело стало облекать меня, крылья расправлялись за спиной, ребра натягивали кожу, как зубчатые ножи, лицо превращалось в рожу того чудовища, которым я знал, что стал. Я слышал свой гнусный, разносящийся эхом смех, мой рот растягивался в злобную ухмылку, достаточно большую, чтобы заглотать крутящийся шарик Земли подо мной, мир ничтожных жизней с ничтожными проблемами и еще более ничтожными радостями. Я мог бы проглотить его, если хотел, уничтожить раз и навсегда. Ради этого они и молились. Ради этого я и грешил. „Теперь молитесь, ублюдки, — слышал я свой рев, от звука которого содрогался небесный свод. — Молитесь, чтобы ваша жизнь оказалась только сном“. И земля отозвалась громким, звенящим воплем, так сильно отдавшимся у меня в ушах, что я вынужден был сжать ладонями виски, чтобы сохранить свой разум, или безумие» (Ibid. P. 224).
Текст в буклете
man that you fear
the ants are in the sugar
the muscles atrophied
we’re on the other side, the screen is us and
we’re t.v.
spread me open, sticking to my pointy ribs are
all your infants in abortion cribs
I was born into this
everything turns to shit
the boy that you loved is the
man that you fear
pray until you’re number, asleep from all
your pain, your apple has been rotting
tomorrow’s turned up dead
i have it all and i have no choice but to
i’ll make everyone pay and you will see
you can kill yourself now
because you’re dead
in my mind
the boy that you loved is the
monster you fear
peel off all those eyes and crawl into the
dark, you’ve poisoned all of your children
to camouflage your scars
pray unto the splinters, pray unto your fear
pray your life was just a dream
the cut that never heals
pray now baby, pray your
life was just a dream
(I am so tangled in my sins that I cannot
escape)
pinch the head off, collapse me like a weed
someone had to go this far
I was born into this
everything turns to shit
the boy that you loved is the
man that you fear
peel off all those eyes and crawl into the
dark, you’ve poisoned all of your children
to camouflage your scars
pray unto the splinters, pray unto your fear
pray your life was just a dream
the cut that never heals
pray now baby, pray your life was just a
dream
the world in my hands, there’s no one left to
hear you scream
there’s no one left for you |
